Наш комментарий Нет так страшен черт, как его малюют. Новые изменения носят более процессуальный характер и PR вхождения страны в ВТО, нежели содержат в себе новые революционные материальные нормы.
Автора! Автора! Или изменения в закон об авторском праве
Вчера 28 июля в "Российской газете" были опубликованы очень важные изменения в Закон "Об авторском праве и смежных правах". Основные новации:
Первое: увеличен срок действия авторского права с 50 лет после смерти автора до 70 лет. Т.е. национальное законодательство приведено в соответствии с международным законодательством. Наивно было бы полагать, что сие направлено исключительно в целях государственной заботы об авторах и их наследниках. Просто это требуется для вступления России в ВТО. Хотелось бы развенчать заблуждение некоторых относительно того, что уже истекший срок охраны для умерших авторов продлен. На самом деле, исходя из заключительных норм Федерального закона «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах», четко видно, что обратная сила ограничена. Только наследники и иные правообладатели умерших авторов, при условии, что пятидесятилетний срок на дату 28 июля 2004 не истек, получают дополнительные 20 лет.
Второе: теперь, вкупе с желанием просто показать нарушителям из неправоту, может появиться и корыстный интерес автора в судебной защите своих прав и преследования каждого нарушителя по каждому выявленному факту нарушения. С 28 июля 2004 года увеличена «вилка» размера компенсации, выплачиваемой автору, за нарушение его прав: от 10 000 до 5 000 000 рублей или двукратная стоимость контрафактных экземпляров (в прежней редакции минимальный порог компенсации был 1000 рублей, вследствие чего судится с нарушителем имело мало смысла, так как суды зачастую присуждали автору минимум). Главное сегодня уже законодательно в п.2 ст.49 ЗоАП закреплено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения независимо от наличия или отсутствия убытков. Ранее этот тезис содержался в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 28 сентября 1999 г. N 47 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением Закона Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах»: «Установленная подпунктом 5 пункта 1 статьи 49 названного Закона мера ответственности применяется по выбору истца вместо возмещения убытков или взыскания дохода. Требование об уплате компенсации могло быть удовлетворено при наличии доказательств только несанкционированного использования произведения, то есть факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств». Теперь у судов не должно возникать необоснованных требований к истцу об обязательном обосновании размера компенсации. Великолепна мысль законодателя о том, что компенсацию можно требовать за каждый случай нарушения авторских прав, впрочем, это и раньше было ясно (к сожалению не всем судьям). Теперь практика защиты непременно пойдет по пути доказывания каждого случай нарушения авторских прав, ведь минимальный порог за каждый - десять тысяч. Одним словом, защищать авторские права стало веселее и эффективнее, что приведет неизбежно к увеличению числа дел по авторским правам.
Третье: лобби обществ, осуществляющих коллективное управление авторскими правами, «протолкнуло» представительство прав авторов без надлежащего оформления доверенностей от каждого автора (т.е. представительство в силу закона). Данная возможность дает авторским обществам подавать иски в защиту неограниченного круга лиц. Теперь фирмам, использующим произведения (в т.ч. музыкальные, изобразительные и проч.), не удастся отбиться от претензий этих организаций по основаниям неверного оформления доверенностей.
Четвертое: конфискация контрафакта выделена в отдельную статью. Подтвержден судебный порядок конфискации. Как мы видим, из уголовного кодекса конфискация убирается, а в законе об Авторском праве остается.
Пятое: важная новация содержится в статье 48.2 «Информация об авторском праве и смежных правах». Так, на мой взгляд, легализованы лицензионные условия, которые выскакивают при установке на компьютере программного обеспечения, и вообще любая информация об авторе. Информация об авторском праве и смежных правах, в которой может быть ФИО автора, исполнителя, адрес, и т.п., становится самостоятельным объектом. Удаление этого объекта без разрешения автора признается нарушением. Непонятно следующее: если использование произведений с удаленной без согласия автора информацией не допускается, то чем является подобное нарушение? Нарушением авторских прав? Нет. Это самостоятельное нарушение, которое никак не подкреплено ответственностью. Это нарушение может повлечь только нарушение личного неимущественного права автора на имя. В чем смысл данных норм, что хотел сказать законодатель, мне не понятно. То же самое можно сказать и о нормах статьи 48.1. «Технические средства защиты авторского права и смежных прав».
Шестое: внесены изменения в статью 16 закона, в которой перечислялись имущественные права автора, исключительными правами на которые он обладает. Так, законодатель признал существование интерактивной среды для распространения и иного использования произведений. Однако это не значит, что раньше закон не распространялся на эти отношения. Использование произведений посредством Интернет раньше было частным случаем имущественных прав на распространение, воспроизведение, импорт и т.п. Большое заблуждение считать, что только с последним внесением изменений запретили нарушать права авторов в Интернет. Как раньше, так и сейчас ничего не изменилось: права авторов в интерактивной среде нельзя нарушать.
Седьмое: разрешили внутри обычного библиотечного фонда обмен цифровыми копиями произведений.
Таким образом, делая общий вывод, отметим, что защищать авторские права с принятием этих изменений можно более эффективно и с большей вероятностью получить реальные деньги с нарушителей авторских прав.
Шестаков Евгений
Сообщение отредактировал Doswedan - 29.07.2004 - 12:52