Сообщений в теме: 130

[Boa]

Конституционный Суд
Российской Федерации

Заявитель: группа депутатов
Государственной Думы
Федерального Собрания
Российской Федерации

103265, г. Москва, ул. Охотный ряд, д. 1




ЗАПРОС

о проверке конституционности Федерального закона
«О внесении изменений в Федеральный закон «Об общих принципах
организации законодательных (представительных) и исполнительных
органов государственной власти субъектов Российской Федерации»
и в Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав
и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»

Группа депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации на основании пункта «а» части 1 статьи 125 Конституции Российской Федерации и статьи 84 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» обращается в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности Федерального закона от «___» _______________ 2004 г. № ___-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и в Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» («Собрание законодательства Российской Федерации» от «___» _______________ 2004 г., № ___, ст. ______).
Основанием к рассмотрению настоящего запроса Конституционным Судом Российской Федерации является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли отдельные положения Федерального закона от «___» _______________ 2004 г. № ___-ФЗ Конституции Российской Федерации.
Заявитель – группа депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации – считает, что отдельные положения Федерального закона от «___» _______________ 2004 г. № ___-ФЗ (далее по тексту запроса – Федеральный закон) не соответствуют Конституции Российской Федерации, в подтверждение чего предлагает следующее правовое обоснование:
1. Согласно подпункту «а» пункта 4 статьи 1 Федерального закона гражданин Российской Федерации наделяется полномочиями высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации по представлению Президента Российской Федерации законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации.
Ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 18 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» предусматривала, что высшее должностное лицо (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации избиралось (избирался) гражданами Российской Федерации, проживающими на территории субъекта Российской Федерации и обладающими в соответствии с федеральным законом активным избирательным правом, на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании.
Таким образом, положение подпункта «а» пункта 4 статьи 1 Федерального закона по существу является ограничением конституционного права граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти (часть 2 статьи 32 Конституции Российской Федерации). Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 30 октября 2003 г. № 15-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобами граждан С. А. Бунтмана, К. А. Катаняна и К. С. Рожкова» отмечается, что публичные интересы, перечисленные в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, не имеют обратной силы и не затрагивают само существо конституционного права, т. е. не ограничивают пределы и применение основного содержания соответствующих конституционных норм.
Федеральный закон принят без должного обоснования необходимости ограничения конституционного права граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти. Не ясно, для защиты каких именно публичных интересов введено такое ограничение и, соответственно, какова взаимосвязь между введенным ограничением и достижением целей защиты того или иного публичного интереса.
Подпункт «а» пункта 4 статьи 1 Федерального закона необоснованно ограничивает конституционное право граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти, противоречит части 2 статьи 32, части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации.
2. Согласно подпункту «а» пункта 4 статьи 1 Федерального закона правом представления кандидатуры на должность высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации обладает только Президент Российской Федерации. Тем самым, существенно ограничивается конституционное право граждан быть избранными в органы государственной власти (пассивное избирательное право).
Согласно части 1 статьи 3 Конституции Российской Федерации носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления (часть 2 статьи 3 Конституции Российской Федерации). Однако внесение Президентом Российской Федерации кандидатуры на должность высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации не может рассматриваться как осуществление населением соответствующего субъекта Российской Федерации власти через главу российского государства, поскольку в соответствии с частью 4 статьи 80 Конституции Российской Федерации Президент Российской Федерации выступает представителем федеративного государства – России в целом, в том числе, внутри страны. Президент Российской Федерации избирается на федеральных выборах, правом участия в которых в качестве избирателей обладают граждане Российской Федерации независимо от того, в каком субъекте Российской Федерации они проживают. Многонациональный народ России осуществляет свою власть через Президента Российской Федерации на уровне всей Российской Федерации, но не отдельного ее субъекта.
Таким образом, подпункт «а» пункта 4 статьи 1 Федерального закона противоречит частям 1 и 2 статьи 3 Конституции Российской Федерации.
3. Согласно подпункту «а» пункта 4 статьи 1 Федерального закона гражданин Российской Федерации наделяется полномочиями высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации.
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 1996 г. № 1-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного Закона) Алтайского края» отмечается, что избрание главы администрации Алтайского края Законодательным Собранием Алтайского края не соответствует Конституции Российской Федерации. Законодательное Собрание Алтайского края при таком порядке, сказано в данном Постановлении, превращено в своеобразную избирательную коллегию, решение которой подменяет прямое волеизъявление избирателей. Тем самым, Конституционный Суд Российской Федерации признал неконституционной модель избрания высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации.
Предусмотренное подпунктом «а» пункта 4 статьи 1 Федерального закона наделение полномочиями высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации решением законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации по существу не отличается от избрания высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации, за исключением того, что является менее демократичной формой наделения государственно-властными полномочиями, так как:
а) правом представления кандидатуры на должность высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации обладает только один субъект – Президент Российской Федерации;
б) законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации в случае двукратного отклонения представленной кандидатуры (представленных кандидатур) на должность высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации может быть распущен указом Президента Российской Федерации (подпункт «в» пункта 2 статьи 1 Федерального закона).
Таким образом, подпункт «а» пункта 4 статьи 1 Федерального закона противоречит части 2 статьи 3, части 3 статьи 5, статьям 10 и 77 Конституции Российской Федерации.
4. Согласно подпункту «в» пункта 2 статьи 1 Федерального закона в случае двукратного отклонения законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации представленной кандидатуры (представленных кандидатур) на должность высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации Президент Российской Федерации назначает временно исполняющего обязанности высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации и вправе распустить законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации.
По существу, федеральный законодатель провел аналогию между наделением полномочиями высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации и назначением на должность Председателя Правительства Российской Федерации. Согласно части 4 статьи 111 Конституции Российской Федерации после трехкратного отклонения представленных кандидатур Председателя Правительства Российской Федерации Государственной Думой Президент Российской Федерации назначает Председателя Правительства Российской Федерации, распускает Государственную Думу и назначает новые выборы. Подобные механизмы взаимодействия органов государственной власти в условиях системы разделения властей могут считаться легитимными только в том случае, если они закреплены на уровне конституционных норм. Федеральный закон не может быть инструментом, устанавливающим санкции в отношениях между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации за совершение последними правомерных действий (решение об отклонении представленной кандидатуры (представленных кандидатур) на должность высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации является правомерным действием, санкция за совершение которого может быть только средством разрешения конфликтов между ветвями и уровнями государственной власти, но не может иметь характер наказания). Органы государственной власти субъектов Российской Федерации несут конституционно-правовую ответственность за нарушение Конституции Российской Федерации, т. е. за совершение конституционных деликтов (противоправных действий), однако юридическим основанием такой ответственности является пункт «а» статьи 71 Конституции Российской Федерации, согласно которому в ведении Российской Федерации находится, в том числе, контроль за соблюдением Конституции Российской Федерации. В силу части 1 статьи 76 Конституции Российской Федерации Федеральное Собрание Российской Федерации может принять федеральный закон о конституционно-правовой ответственности органов государственной власти субъектов Российской Федерации, предусмотрев в нем соответствующие санкции за совершение противоправных действий. Санкция в виде роспуска законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации вследствие двукратного отклонения представленной кандидатуры (представленных кандидатур) есть санкция иного рода. Это возможная мера разрешения противостояния между органами государственной власти разных уровней территориальной организации, а потому может быть установлена только Конституцией Российской Федерации как актом высшей юридической силы, регулирующим основы федеративных отношений в Российской Федерации.
Следует также отметить, что предоставление Президенту Российской Федерации права распускать законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации в случае двукратного отклонения предложенной кандидатуры (предложенных кандидатур) фактически создает условия для возможности навязывания законодательному (представительному) органу государственной власти субъекта Российской Федерации той или иной кандидатуры под угрозой роспуска. Тем самым, мнение законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации может совершенно не учитываться Президентом Российской Федерации. Президент Российской Федерации может представить ту же кандидатуру и новому составу законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, сформированному по результатам досрочных выборов. Дважды отклоненная кандидатура может быть назначена Президентом Российской Федерации на должность временно исполняющего обязанности высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации.
Таким образом, подпункт «в» пункта 2 статьи 1 Федерального закона противоречит части 1 статьи 1, частям 1 и 2 статьи 3 Конституции Российской Федерации.
5. Положения подпункта «в» пункта 2 и подпункта «а» пункта 4 Федерального закона противоречат части 2 статьи 11, статьям 71, 72, 73, части 1 статьи 77 Конституции Российской Федерации.
Согласно части 2 статьи 11 Конституции Российской Федерации государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти. Из этой конституционной формулировки следует, что какое-либо участие федеральных органов государственной власти в образовании органов государственной власти субъектов Российской Федерации исключается. Изъятия из этого правила могут быть предусмотрены только Конституцией Российской Федерации.
Согласно пункту «г» статьи 71 Конституции Российской Федерации в ведении Российской Федерации находится формирование федеральных органов государственной власти. Нормы, относящей к ведению Российской Федерации или к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации формирование органов государственной власти субъектов Российской Федерации, в статьях 71 и 72 Конституции Российской Федерации нет. Пункт «н» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации относит к предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации только установление общих принципов организации системы органов государственной власти. Речь идет даже не об органах государственной власти как таковых, а об их системе. Согласно статье 73 Конституции Российской Федерации вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации субъекты Российской Федерации обладают всей полнотой государственной власти.
Согласно части 1 статьи 77 Конституции Российской Федерации система органов государственной власти субъектов Российской Федерации устанавливается субъектами Российской Федерации самостоятельно в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации и общими принципами организации представительных и исполнительных органов государственной власти, установленными федеральным законом. Согласно части 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Согласно части 2 статьи 16 Конституции Российской Федерации никакие другие положения Конституции Российской Федерации не могут противоречить основам конституционного строя Российской Федерации. Таким образом, право устанавливать общие принципы организации органов государственной власти субъектов Российской Федерации, данное федеральному законодателю Конституцией Российской Федерации, не включает в себя право вводить те или иные формы участия федеральных органов государственной власти в формировании органов государственной власти субъектов Российской Федерации, несовместимые с Конституцией Российской Федерации.
6. Положения подпункта «в» пункта 2 и подпункта «а» пункта 4 Федерального закона противоречат части 2 статьи 77 Конституции Российской Федерации.
Во-первых, Президент Российской Федерации в рамках существующей в Российской Федерации конституционной модели разделения властей не является главой исполнительной власти. Во-вторых, в части 2 статьи 77 Конституции Российской Федерации говорится о том, что в пределах ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации федеральные органы исполнительной власти и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации образуют единую систему исполнительной власти в Российской Федерации. Ясно, что речь идет об отраслевых ведомствах, органах исполнительной власти специальной (отраслевой) компетенции. Высшие исполнительные органы государственной власти субъектов Российской Федерации являются органами общей компетенции, полномочными осуществлять государственную власть вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.
7. Согласно подпункту «а» пункта 6 статьи 1 Федерального закона Президент Российской Федерации вправе отрешить высшее должностное лицо (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации от должности в связи с выражением ему недоверия законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации, с утратой доверия Президента Российской Федерации, за ненадлежащее исполнение своих обязанностей, а также в иных случаях, предусмотренных Федеральным законом «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации». Согласно подпунктам «а» и «б» пункта 5 статьи 1 Федерального закона решение о досрочном прекращении полномочий высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации может быть принято исключительно Президентом Российской Федерации без какого-либо участия законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации.
Согласно подпунктам «а» и «е» пункта 5 статьи 1 Федерального закона население субъектов Российской Федерации лишено права отзыва высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации.
Данные положения Федерального закона противоречат части 1 статьи 1, частям 1 и 2 статьи 3, части 3 статьи 55, статье 73, части 2 статьи 77 Конституции Российской Федерации.
Предоставление Президенту Российской Федерации права отрешать от должности высшее должностное лицо (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации вследствие утраты доверия Президента Российской Федерации фактически позволяет Президенту Российской Федерации произвольно принимать субъективные необоснованные решения об отрешении от должности высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации. Содержание понятия «утрата доверия» является настолько неопределенным и расплывчатым, что позволяет Президенту Российской Федерации свободно толковать его исходя из политической конъюнктуры, личных интересов и, следовательно, злоупотреблять властными полномочиями. Принятие такого решения без какого-либо участия законодательного (представительного) органа государственной власти или населения соответствующего субъекта Российской Федерации по существу является подрывом основ конституционного строя России – демократии и федерализма. Высшее должностное лицо (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации в рамках такой системы взаимоотношений с Президентом Российской Федерации фактически обретает черты главы административно-территориального образования унитарного государства. Данное положение Федерального закона противоречит части 1 статьи 1, части 2 статьи 11, статье 73, части 2 статьи 77 Конституции Российской Федерации.
Предоставление Президенту Российской Федерации права отрешать от должности высшее должностное лицо (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации вследствие ненадлежащего исполнения последним своих обязанностей по существу означает введение института дисциплинарной ответственности соответствующих должностных лиц. Однако между Президентом Российской Федерации и высшим должностным лицом (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации нет отношений типа «работодатель – работник». Из текста Федерального закона следует, что определять, имело ли место ненадлежащее исполнение обязанностей со стороны высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации, будет только Президент Российской Федерации, что создает возможности для произвольного применения этого основания досрочного прекращения полномочий соответствующего должностного лица. Данное положение Федерального закона входит в противоречие со статьей 10, частью 2 статьи 11, частью 2 статьи 77 Конституции Российской Федерации.
Лишение населения субъектов Российской Федерации права отзыва высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации является ограничением права народа непосредственно осуществлять свою власть, противоречит частям 1 и 2 статьи 3, части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации.
8. Согласно подпункту «б» пункта 4 и пункту 7 статьи 1 Федерального закона отменяется ограничение по допустимому количеству сроков замещения должности высшего должностного лица (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации. Тем самым, нарушается положение Конституции Российской Федерации о том, что Российская Федерация есть демократическое государство с республиканской формой правления (часть 1 статьи 1 Конституции Российской Федерации), для которого, следовательно, должна быть характерна сменяемость власти посредством периодического проведения свободных выборов – высшего непосредственного выражения власти народа (часть 2 статьи 3 Конституции Российской Федерации).
С учетом изложенного, заявитель – группа депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации – просит признать абзац четвертый подпункта «а», подпункты «б» и «в» пункта 1, пункт 2, подпункты «а» и «б» пункта 4, пункт 5, подпункт «а» пункта 6, пункт 7 статьи 1; пункты 1, 3 и 4 статьи 2; статью 3; пункт 3 статьи 4 Федерального закона от «___» _______________ 2004 г. № ___-ФЗ не соответствующими части 1 статьи 1, частям 1-3 статьи 3, части 3 статьи 5, статье 10, частям 2-3 статьи 11, частям 1-2 статьи 15, статье 16, частям 1-2 статьи 32, частям 2-3 статьи 55, статьям 71-73, 77 Конституции Российской Федерации.

При рассмотрении Конституционным Судом Российской Федерации настоящего запроса заявителя – группу депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации – будут представлять: <…>.

Приложение:
1. Копия настоящего запроса в 30 экземплярах.
2. Текст Федерального закона от «___» _______________ 2004 г. № ___-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и в Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» («Собрание законодательства Российской Федерации» от «___» _______________ 2004 г., № ___, ст. ______) в 30 экземплярах.
3. Документ об уплате государственной пошлины с 30 копиями.
4. Лист с подписями депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, поддержавших обращение с настоящим запросом в Конституционный Суд Российской Федерации с 30 копиями.
5. Копии доверенностей на <…> в 30 экземплярах.

[Marbury]

Boa это настоящее или Ваше творчество (последнее, без всякой иронии, просто вопрос)? Если не Ваше - где взяли, если не секрет .
Если Ваше - то очень профессионально!

[Boa]

Marbury

Творчество мое.

[Manguste]

http://www.gazeta.ru..._a_183409.shtml

[Inc]

Это не моя точка зрения, я просто пытаюсь прикинуть логику тех, кто будет признавать новый закон конституционным.

По смыслу российской Конституции Президент РФ не относится (!) к обычным федеральным органам государственной власти, обладая особым статусом - статусом главы государства, и потому его полномочия по определению основных направлений внутренней и внешней политики государства не могут ставиться в зависимость от проведенного разграничения предметов ведения между ФОГВ и ОГВ субъектов.
Так, президентское правомочие по формированию Правительства РФ направлено на обеспечение реализации его полномочий по определению ВиВПГ. Тем же целям будут служить и его новые полномочия по определению кандидатур глав исполнительной власти регионов.

Сообщение отредактировал Inc: 13 October 2004 - 05:59

[Marbury]

S 300

Большее спасибо за ссылочку!

[Marbury]

Молодцы наши конституционалисты! Не подвели Институт. Чиркин - он уже классик, поэтому он вне критики

[Butcher]

Ведь этот вопрос, в случае принятия новых предложений Президена по укреплению авторитаризма в России путем фактического отказа от принципа федеративного устройства РФ, обязательно будет предметом рассмотрения КС РФ.

Представляю - в учебниках по конституционному праву (зарубежных конечно) ...По форме государственного устройства Российская Федерация фактически является унитарным государством с политическим режимом сходным с авторитарными режимами ряда африканских и латиноамериканских государств с суперпрезидентской формой правления, когда абсолютно вся власть сосредоточена в руках одного человека, представляющего политические и экономические интересы узкой группы лиц...одной из характерных черт таких авторитарных политических режимов является развитая коррупция и государственный произвол, неуважение к правам человека и низкий уровень жизни основной массы населения... Ладно, это я так - шутка :-(

Так какие по Вашему мнению могут быть доводы КС РФ в пользу или против изменеия порядка избрания главы субъекта РФ?

[Сергей Ч.]

Так какие по Вашему мнению могут быть доводы КС РФ в пользу

Никаких, хоть и настроены все лояльно, т.к. Путин. А зак-во строится по президента имярек, придет опять "вечно бухой" президент, вот тогда почешимся после его назначений, верней после рекомендаций региональным ЗС.

P.S. "Коммерсант" написал "...у Трутнева проявились повадки приемника"

[Inc]

какие по Вашему мнению могут быть доводы КС РФ в пользу

Как какие?
Президент - это Глава Государства.
Его конституционные полномочия по определению основных направлений внутренней и внешней политики нашей Родины не могут зависеть от какого-то разграничения компетенции между федеральными и региональными органами. А Вы что, по-другому думали? ;-)

[Inc]

А если серьезно, то поднимите "чеченское дело" - представляется, что механизм подтверждения конституционности по "делу о назначении губернаторов" (если таковое вообще будет иметь место) будет примерно такой же.

Так какие по Вашему мнению могут быть доводы КС РФ в пользу или против изменеия порядка избрания главы субъекта РФ?

Основные доводы в пользу изменения порядка "наделения полномочиями" главы субъекта РФ:
- Президент - глава государства. Конституция наделила его полномочиями по определению основных направлений внутренней и внешней политики государства, что невозможно без его существенного воздействия на исполнительную власть в стране.

- федеративное устройство страны основано на единстве системы государственной власти (ст.5), что должно предполагать формирование исполнительных органов субъектов федерации по тем же принципам и с той же долей участия всенародно избираемого Президента, что и при формировании Правительства РФ.

- позиция КСюши по "алтайскому делу" остается в силе, однако к данному случаю неприменима, т.к. тогда имелось в виду, что зак.собрание не вправе избирать губернатора самостоятельно, по принципу парламентской или советской республики. В данном же случае имеет место быть участие всенародно избираемого Президента и потому принцип разделения властей не нарушается.

- порядок формирования ОГВ субъектов относится к общим принципам их организации (на самом деле так и есть)

-и так далее в том же духе

Почему-то думается, что никакого дела "о назначении губернаторов" и не будет. Некому подавать. Разве что Татарстанский Госсовет.

[Inc]

28 июня 2005 г. эспээсники подали в КС жалобу на закон о назначении губернаторов

В Конституционный Суд
Российской Федерации
(103012, Москва,
ул. Ильинка, д. 21)




ЖАЛОБА
на нарушение конституционных прав и свобод граждан
Федеральным законом “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации”
(в редакции Федерального закона от 11 декабря 2004 года № 159-ФЗ).

Наименование и адрес государственного органа, издавшего вышеназванный Федеральный закон, подлежащий проверке:
Федеральное Собрание – парламент Российской Федерации:
принят Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации (103265, Москва, ул. Охотный ряд, дом 1),
одобрен Советом Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (103790, Москва, ул. Большая Дмитровка, дом 26).

Акт, подлежащий проверке: Федеральный закон от 6 октября 1999 года № 184-ФЗ “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации” (принят Государственной Думой 22 сентября 1999 года, опубликован в «Собрании законодательства Российской Федерации», 18.10.1999, № 42, ст. 5005), с изменениями и дополнениями, внесенными Федеральным законом от 11 декабря 2004 года № 159-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации” и в Федеральный закон “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации”» (принят Государственной Думой 3 декабря 2004 года, одобрен Советом Федерации 8 декабря 2004 года, опубликован в «Собрании законодательства Российской Федерации», 13.12.2004, № 50, ст. 4950).

Право на обращение заявителей в Конституционный Суд Российской Федерации предусмотрено частью 4 статьи 125 Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части 1 статьи 3 и статьей 96 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, предоставляющими гражданам, чьи права и свободы нарушаются законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод.
Инициативная группа политического совета регионального отделения Московской области Политической партии «СОЮЗ ПРАВЫХ СИЛ», состоящая из заявителей настоящего обращения – членов политического совета регионального отделения Московской области Политической партии «СОЮЗ ПРАВЫХ СИЛ», 26 января 2005 г. приняла решение о выдвижении инициативы проведения референдума Московской области по следующему вопросу: «Вы за то, чтобы высшее должностное лицо Московской области – Губернатор Московской области избирался гражданами Российской Федерации, проживающими на территории Московской области и обладающими в соответствии с федеральным законом активным избирательным правом, на основе всеобщего равного и прямого избирательного права при тайном голосовании?»
01 февраля 2005 г. заявители обратилась с ходатайством о регистрации инициативной группы в Избирательную комиссию Московской области (далее – ИКМО). 10 февраля 2005 г. ИКМО приняла решение № 828 «О ходатайстве инициативной группы политического совета регионального отделения Московской области Политической партии «СОЮЗ ПРАВЫХ СИЛ» по проведению референдума Московской области», направив ходатайство Инициативной группы в Московскую областную Думу. Однако Московская областная Дума приняла Постановление от 2 марта 2005 г. № 5/131-П «Об инициативе по проведению референдума Московской области», признав предлагаемый заявителями для вынесения на референдум Московской области вопрос не соответствующим требованиям ст. 12 Федерального закона № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», но не мотивировав при этом свое решение. На основании указанного Постановления Московской областной Думы 11 марта 2005 г. ИКМО приняла Решение № 834 «Об отказе в регистрации инициативной группы политического совета регионального отделения Московской области Политической партии «Союз Правых Сил» по проведению референдума Московской области».
Заявители обратились согласно подсудности в Московский областной суд с жалобой на указанные постановления Московской областной Думы и ИКМО с требованием зарегистрировать состоящую из заявителей инициативную группу по проведению референдума Московской области. Однако 22 апреля 2005 г. Московский областной суд вынес решение об отказе в удовлетворении требований заявителей (Приложение 1). При этом в основание отказа заявителям в инициативе проведения референдума Московский областной суд положил нормы обжалуемого нами в настоящем обращении Федерального закона “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации” (в редакции Федерального закона от 11 декабря 2004 г. № 159-ФЗ):
«Предлагаемый в вопросе, выносимом на референдум Московской области, порядок наделения гражданина Российской Федерации полномочиями высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) отличается от порядка, установленного ст. 18 Федерального закона “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации” (в редакции Федерального закона от 11 декабря 2004 г. № 159-ФЗ). В связи с чем Московская областная Дума обоснованно признала вопрос, выносимый на референдум Московской области не соответствующим требованиям ст. 12 Федерального закона № 67-ФЗ… Доводы заявителей о том, что оспариваемые правовые акты незаконны в связи с тем, что они основаны на ст. 18 Федерального закона “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации”, которая противоречит Конституции РФ, а также о необходимости суду, при разрешении данного дела, руководствоваться непосредственно её нормами, суд также находит несостоятельными… Проверка соответствия федеральных законов конституционным принципам, (на что указывают заявители), осуществляется в порядке конституционного судопроизводства» (стр. 5 – 6 судебного Решения).
Таким образом, конституционное право заявителей на инициирование референдума и участие в референдуме, гарантированное им положениями ч. 3 ст. 3, ч.ч. 1 – 2 ст. 32 Конституции Российской Федерации, п. 1 ст. 4, п.п. 1, 3 ст. 14 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», нарушается примененным в конкретном деле Федеральным законом “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации” (в редакции Федерального закона от 11 декабря 2004 г. № 159-ФЗ). В соответствии с положениями ст.ст. 96 – 97 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации” этим обусловлено право заявителей на обращение с настоящей жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации.

Основанием к рассмотрению Конституционным Судом Российской Федерации настоящего обращения в соответствии с частью 2 статьи 36 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации” является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Российской Федерации Федеральный закон “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации” (далее – ФЗ) в редакции Федерального закона от 11 декабря 2004 года № 159-ФЗ (далее – ФЗ-159), а именно:
1) Положения пунктов 1 и 2 статьи 18, пунктов 9 и 11 статьи 19 ФЗ, наделяющие Президента Российской Федерации правом вносить предложение о кандидатуре высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) в законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации, а также положения пункта 4.1 статьи 9 и пункта 9 статьи 19 ФЗ, наделяющие Президента Российской Федерации правом назначать временно исполняющего обязанности высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации).
2) Положения подпунктов «б» и «г» пункта 1, пунктов 5 и 6 статьи 19, пунктов 3, 3.1, 4, 6 статьи 29.1 ФЗ, наделяющие Президента Российской Федерации правом отрешения от должности высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации).
3) Положения пунктов 4 и 4.1 статьи 9 ФЗ, наделяющие Президента Российской Федерации правом распустить законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации.

Далее для краткости высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) будет именоваться «руководитель субъекта РФ».

Позиция заявителя и её правовое обоснование.

В первой главе Конституции Российской Федерации закреплены основы конституционного строя России, в том числе принципы народовластия и федерализма: Россия есть демократическое федеративное правовое государство (часть 1 статьи 1 Конституции), народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления (часть 2 статьи 3 Конституции); высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы (часть 3 статьи 3 Конституции); федеративное устройство Российской Федерации основано на разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации (часть 3 статьи 5 Конституции); государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти (часть 2 статьи 11 Конституции).

Указанные основы конституционного строя развиваются и конкретизируются в других положениях Конституции.
Заявители убеждены, что обжалуемые нами положения Федерального закона “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации” в редакции Федерального закона от 11 декабря 2004 года № 159-ФЗ противоречат основам конституционного строя России, а также ряду иных положений Конституции.
Перейдем к конкретным обоснованиям.

1. Обоснование противоречия Конституции России
пунктов 1 и 2 статьи 18, пунктов 9 и 11 статьи 19 ФЗ,
а также пункта 4.1 статьи 9 и пункта 9 статьи 19 ФЗ

Указанные нормы ФЗ наделяют Президента Российской Федерации правом вносить предложение о кандидатуре руководителя субъекта РФ в законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации, а также наделяют Президента Российской Федерации правом назначать временно исполняющего обязанности руководителя субъекта РФ.

При обсуждении конституционности указанных правомочий Президента Российской Федерации необходимо обсудить три вопроса:
1) Входит ли вообще такой предмет ведения (и соответствующие полномочия), как формирование органов государственной власти субъектов Российской Федерации, в вопросы ведения Российской Федерации, либо в вопросы совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации?
2) Может ли круг кадровых полномочий Президента Российской Федерации, установленный Конституцией, быть расширен в отношении органов, указанных в Конституции?
3) Можно ли федеральным законом отменить или умалить фактически имевшееся у граждан право непосредственно избирать должностных лиц?

Перейдем к обсуждению этих вопросов.

Вопрос 1. Входит ли вообще такой предмет ведения (и соответствующие полномочия), как формирование органов государственной власти субъектов Российской Федерации, в вопросы ведения Российской Федерации, либо в вопросы совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации?

Конституция совершенно четко разделяет два уровня государственной власти – государственную власть Российской Федерации и государственную власть субъектов Российской Федерации - и, соответственно, два типа органов государственной власти – федеральные органы государственной власти и органы государственной власти субъектов Российской Федерации. Это видно, в частности, из статьи 11 Главы 1 «Основы Конституционного строя»:
«1. Государственную власть в Российской Федерации осуществляют Президент Российской Федерации, Федеральное Собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство Российской Федерации, суды Российской Федерации.
2. Государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти».

Заявители утверждают, что установленная ФЗ, а также конституциями (уставами) субъектов Российской Федерации должность - высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) без всякого сомнения является должностью, занимаемой не федеральным должностным лицом, а должностным лицом субъекта Российской Федерации. Это очевидно как из самого названия должности, так и из его правового статуса, подробно раскрываемого в статьях 17 – 23 ФЗ и аналогичных по содержанию статьях конституций (уставов) субъектов Российской Федерации.

Заявители утверждают, что термин «формирование» применительно к органам государственной власти в Конституции означает определение персонального состава этих органов, в том числе назначение или избрание соответствующих должностных лиц. Это доказывается сравнительным анализом следующих положений Конституции:
а) к ведению Российской Федерации отнесены вопросы формирования федеральных органов государственной власти (пункт «г» статьи 71 Конституции). Это вполне определенные полномочия, содержание которых раскрыто в ряде норм Конституции. Например, в соответствии со статьей 83 Конституции Российской Федерации Президент Российской Федерации назначает Председателя Правительства Российской Федерации, принимает решение об отставке Правительства Российской Федерации, представляет Государственной Думе кандидатуру для назначения на должность Председателя Центрального банка Российской Федерации, ставит перед Государственной Думой вопрос об освобождении от должности Председателя Центрального банка Российской Федерации, назначает и освобождает полномочных представителей Президента Российской Федерации и т.д.;
б) именно о персональном составе органов государственной власти идет речь в части 2 статьи 96, которая гласит: «Порядок формирования Совета Федерации и порядок выборов депутатов Государственной Думы устанавливаются федеральными законами»;
в) именно о персональном составе органа государственной власти идет речь в части 5 статьи 117, которая гласит: «В случае отставки или сложения полномочий Правительство Российской Федерации по поручению Президента Российской Федерации продолжает действовать до сформирования нового Правительства Российской Федерации».
Таким образом, везде, где в Конституции упоминается термин «формирование» применительно к органам государственной власти, это означает определение персонального состава этих органов, причем исключительно федеральных органов государственной власти.

Заявители утверждают, что вопросы формирования органов государственной власти субъектов Российской Федерации Конституция не относит к предметам ведения Российской Федерации – такого предмета ведения нет в статье 71 Конституции ни в прямой, ни в косвенной форме.

Заявители утверждают, что вопросы формирования органов государственной власти субъектов Российской Федерации Конституция не относит непосредственно, в прямой форме к предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации – такого предмета ведения нет в статье 72 Конституции в прямой форме.
Возникает вопрос: а есть ли вообще в статье 72 Конституции какие-то предметы ведения, которые хотя бы косвенно могут относиться к персональному составу органов государственной власти субъектов Российской Федерации?
Да, есть как минимум два таких предмета ведения. Это пункты «л» и «н» части 1 статьи 72 Конституции. Но анализ этих положений в сопоставлении с другими нормами Конституции как раз и доказывает, что вопросы персонального состава органов государственной власти субъектов Российской Федерации как таковые Конституция не относит к вопросам совместного ведения.
Действительно, пункт «л» относит к вопросам совместного ведения «кадры судебных и правоохранительных органов». То есть Конституция относит к совместному ведению вопрос о персональном составе именно судебных и правоохранительных органов – независимо от того, являются ли эти органы федеральными или органами субъектов Российской Федерации – и больше никаких других органов. Например, должностное лицо в сфере охраны правопорядка, являясь должным лицом субъекта Российской Федерации, тем не менее может назначаться на должность федеральным должностным лицом. Это фактически и происходит при назначении министров внутренних дел республик или руководителей ГУВД краев и областей Президентом Российской Федерации. Это полностью соответствует Конституции – но лишь потому, что в пункте «л» части 1 статьи 72 Конституции это специально оговорено.
Более глубокий анализ придется провести для пункта «н» части 1 статьи 72 Конституции, который относит к предметам совместного ведения «установление общих принципов организации системы органов государственной власти и местного самоуправления». Именно эта норма легла в обоснование наделения Президента Российской Федерации полномочиями, оспариваемыми заявителями.
Ключевая проблема тут в следующем: могут ли установленные федеральным законом «общие принципы» включать прямое участие федеральных органов государственной власти и должностных лиц в определении персонального состава органов государственно власти субъектов Российской Федерации?
Заявители убеждены, что не могут – за исключением судебных и правоохранительных органов. Позиция заявителей обоснована следующими положениями Конституции.
а) В Конституции понятие «формирование», как уже было сказано, означает именно определение персонального состава. Применительно к федеральным органам вопросы их формирования прямо указаны в Конституции (см. выше). Применительно к органам государственной власти субъектов Российской Федерации термин «формирование» - равно как и аналогичные по смыслу термины «образование» или «наделение полномочиями» - в Конституции не используется. Если бы Конституционный законодатель хотел предоставить Российской Федерации возможность формировать органы государственной власти субъектов Российской Федерации – это было бы прямо указано в Конституции, как это сделано для федеральных органов, а также для судебных и правоохранительных органов.
б) Часть 2 статьи 11 Конституции гласит, что «государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти». Заявители полагают, что слово «ими» - то есть субъектами Российской Федерации - в контексте основ конституционного строя означает, что источником власти органов государственной власти субъектов Российской Федерации является не Российская Федерация в целом, а именно субъект Российской Федерации, понимаемый в данном случае как народ субъекта Российской Федерации, который непосредственно или через своих представителей определяет персональный состав органов государственной власти соответствующего субъекта Российской федерации.
в) Разумеется, Конституция допускает наличие в субъектах Российской Федерации (т.е. на их территориях) органов или должностных лиц, наделенных полномочиями от Российской Федерации. В частности, часть 1 статьи 78 Конституции прямо устанавливает, что «Федеральные органы исполнительной власти для осуществления своих полномочий могут создавать свои территориальные органы и назначать соответствующих должностных лиц». Однако речь идет именно о территориальных органах или должностных лицах федеральных органов, а не об органах субъектов Российской Федерации. Нигде в Конституции ни слова не сказано о возможности федеральных органов создавать или формировать органы субъектов Российской Федерации.
г) Конституция, устанавливая в ряде статей особенности взаимодействия федеральных органов государственной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, совершенно однозначно отдает предпочтение не способам взаимодействия, характерным для вертикальной иерархии (начальник – подчиненный), а способам, основанным на равноправном сотрудничестве, на соглашениях, на согласительных процедурах. В частности, о соглашениях или договорах между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации сказано в частях 2 и 3 статьи 78, части 2 статьи 125 Конституции, о согласительных процедурах – в части 1 статьи 85 Конституции.
Что касается части 2 статьи 77 Конституции (про «единую систему исполнительной власти»), которая часто приводится в обоснование наделения Президента Российской Федерации полномочиями, оспариваемыми заявителями, надо просто честно прочесть ее целиком:
«В пределах ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации федеральные органы исполнительной власти и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации образуют единую систему исполнительной власти в Российской Федерации».
Заявители искренне недоумевают, каким образом из этого положения Конституции можно сделать вывод о том, что Президент Российской Федерации должен стать прямым начальником руководителей субъектов РФ – в т.ч. с возможностью применения к ним чисто административных санкций, предусмотренных оспариваемым ФЗ – предупреждение, увольнение и пр.
По мнению заявителей, «начальственные» возможности федеральных должностных лиц – если уж выводить их из части 2 статьи 77 Конституции – не могут простираться дальше «пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения» и уж точно не могут носить абсолютного характера. Проще говоря, в результате отрешения от должности руководитель субъекта РФ прекращает выполнять не только свои полномочия по предметам ведения, указанным в части 2 статьи 77, но и вообще все – в том числе и по собственным вопросам ведения субъекта Российской Федерации. Не говоря уже о том, что в части 2 статьи 77 вообще не идет речь о Президенте Российской Федерации, который является главой государства и гарантом Конституции, а не «федеральным органом исполнительной власти».

Таким образом, из совокупности указанных выше положений Конституции, рассмотренных в их взаимосвязи, заявители делают следующий вывод:
Определение персонального состава органов государственной власти субъектов Российской Федерации не входит – ни прямо, ни косвенно - в вопросы ведения Российской Федерации, а также в вопросы совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (за исключением кадров судебных и правоохранительных органов).
Следовательно, согласно статье 73 Конституции, вопросы персонального состава органов государственной власти субъекта Российской Федерации, включая должность руководителя субъекта РФ, находятся целиком в ведении самого субъекта Российской Федерации (за исключением кадров судебных и правоохранительных органов, по которым федеральный законодатель вправе наделить соответствующими кадровыми полномочиями федеральных должностных лиц).

Вопрос 2. Может ли круг кадровых полномочий Президента Российской Федерации, установленный Конституцией, быть расширен в отношении органов, указанных в Конституции?

Заявители полагают, что этот перечень не может быть расширен как минимум в отношении органов, указанных в Конституции. Обоснования следующие:
а) Кадровые полномочия Президента Российской Федерации перечислены в статье 83 Конституции исчерпывающим образом. В тех случаях, когда Конституционный законодатель полагает, что перечень полномочий определенного органа может быть расширен (в т.ч. федеральным законом), это специально оговаривается в Конституции – см., например, пункт «ж» части 1 статьи 114 Конституции, где речь идет о полномочиях Правительства Российской Федерации, или часть 1 статьи 132 Конституции, где речь идет о полномочиях органов местного самоуправления.
б) Разумеется, федеральным законом можно наделить Президента Российской Федерации кадровыми полномочиями в отношении органов, образованных этим федеральным законом. Например, Президент Российской Федерации назначает пять членов Центральной избирательной комиссии Российской Федерации согласно части 4 статьи 21 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации». Это вполне соответствует Конституции, поскольку сам орган - Центральная избирательная комиссия Российской Федерации – образован этим же законом и в Конституции о нем ничего не сказано. Но совсем другое дело – органы, прямо указанные в Конституции, в т.ч. органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации. Если допустить, что федеральным законом можно наделять Президента Российской Федерации дополнительными кадровыми полномочиями в отношении органов, указанных в Конституции, то так далеко можно зайти. Завтра кто-нибудь предложит федеральный закон о том, что Президент может прекратить или приостановить полномочия судьи Конституционного Суда по причине «утраты доверия», ссылаясь на часть 2 статьи 121 Конституции, а также на то, что хотя порядок назначения судей Конституционного Суда определен в пункте «е» статьи 83 Конституции, про порядок прекращения полномочий в Конституции ничего не сказано…

Таким образом, заявители считают, что круг кадровых полномочий Президента Российской Федерации, установленный Конституцией, не может быть расширен в отношении органов, указанных в Конституции.
Следовательно, прямое участие Президента Российской Федерации в решении кадровых вопросов в отношении высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации представляется заявителям противоречащим Конституции.

Вопрос 3. Можно ли федеральным законом отменить или умалить фактически имевшееся у граждан право непосредственно избирать должностных лиц?

В соответствии с положением части 2 статьи 55 Конституции в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина, в том числе право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей, а также право избирать и быть избранными в органы государственной власти, предусмотренные частями 1 и 2 статьи 32 Конституции (включая выборы руководителя субъекта РФ). Заявители неоднократно участвовали в выборах руководителя своего субъекта РФ – Губернатора Московской области (в 1995, 1999, 2003 гг.), реализуя свое активное избирательное право. Но с принятием и вступлением в действие оспариваемого заявителями Федерального закона от 11 декабря 2004 г. № 159-ФЗ, который ввел действующую редакцию пунктов 1 и 2 статьи 18 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъекта Российской Федерации», утратили это конституционное право, что прямо запрещено положением части 2 статьи 55 Конституции Российской Федерации.
По мнению заявителей, есть два конституционных способа перейти от прямых выборов руководителей субъектов РФ к их назначению законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации:
1) Провести референдум субъекта Российской Федерации о способе наделения полномочиями руководителя субъекта РФ. Именно это пытались сделать заявители, образовав инициативную группу по проведению референдума с вопросом о прямых выборах руководителя субъекта РФ. Если бы народ субъекта Российской Федерации на наш вопрос ответил отрицательно, можно было бы обсуждать другие способы наделения полномочиями руководителя субъекта РФ.
2) Принять изменения конституции (устава) субъекта Российской Федерации, в которых определить порядок наделения полномочиями руководителя субъекта РФ через законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации, то есть ввести в регионе «парламентскую республику». Однако при этом должны быть выполнены два условия: никакого участия федеральных должностных лиц, а самое главное – руководитель субъекта РФ должен быть назначен на эту должность не тем составом депутатов, которые приняли изменения конституции (устава), а следующим составом депутатов, которых народ субъекта РФ избирает в том числе и для решения вопроса о руководителе субъекта РФ, делегируя им это свое право в ходе выборов.
Другими словами, только сам народ субъекта РФ может непосредственно или через своих представителей отказаться от своего права выбирать руководителя субъекта РФ.
Отнять это право федеральным законом нельзя. Конституция не велит.


2. Обоснование противоречия Конституции России
подпунктов «б» и «г» пункта 1, пунктов 5 и 6 статьи 19,
пунктов 3, 3.1, 4, 6 статьи 29.1 ФЗ

Указанные нормы ФЗ наделяют Президента Российской Федерации правом отрешения от должности руководителя субъекта РФ.
При обсуждении конституционности указанных правомочий Президента Российской Федерации необходимо обсудить два вопроса:
1) Может ли круг кадровых полномочий Президента Российской Федерации, установленный Конституцией, быть расширен в отношении органов, указанных в Конституции?
2) Перед кем может нести политическую ответственность высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации)?
Первый из этих вопросов уже обсужден выше, все наши обоснования полностью применимы как к случаю наделения полномочиями, так и к случаю отрешения от должности руководителя субъекта РФ. Участие Президента Российской Федерации в решении кадровых вопросов в отношении должностных лиц субъектов Российской Федерации представляется нам противоречащим Конституции.
Второй вопрос – о субъекте политической ответственности руководителя субъекта РФ – кажется заявителям вполне очевидным с точки зрения Конституции. Конечным субъектом, принимающим решение о политической ответственности руководителя субъекта РФ, является народ субъекта Российской Федерации. Это право народ может реализовать либо непосредственно (путем отзыва руководителя субъекта РФ), либо через своих представителей – в данном случае через депутатов законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации (выражение недоверия руководителю субъекта РФ). Обоснование следующее:
а) Часть 1 статьи 3 Конституции гласит: «Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ». Следовательно, народ Российской Федерации – источник власти в Российской Федерации. Вопрос о том, кто является источником власти в субъекте Российской Федерации, напрямую в Конституции не решен, но из сравнительного анализа частей 1 и 2 статьи 11 Конституции очевидно, что источник власти в субъекте Российской Федерации – народ субъекта Российской Федерации: «Государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти». Это утверждение абсолютно никак не посягает на суверенность Российской Федерации – просто потому, что «народ субъекта Российской Федерации» является по определению частью народа Российской Федерации, реализуя свои права источника власти в субъекте Российской Федерации в полном соответствии с Конституцией Российской Федерации.
б) Части 2 и 3 статьи 3 Конституции гласят:
«2. Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления.
3. Высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы».
Составной частью власти народа является возможность применения к публичным должностным лицам мер политической ответственности, в частности, в форме отзыва, выражения недоверия, отказа в переизбрании на новый срок и пр. Применительно к руководителям субъектов РФ, такие санкции должны применяться либо непосредственно (отзыв), либо через представителей. Кто может быть «представителем» народа субъекта РФ в этом смысле? Ясно, что депутаты законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации могут - с этим никто не спорит, соответствующие нормы (выражение недоверия) имеются в ФЗ и в конституциях (уставах) субъектов Российской Федерации.
Но вот может ли Президент Российской Федерации считаться представителем народа субъекта РФ в контексте политической ответственности руководителя субъекта РФ? Заявители считают, что нет – выбирая Президента Российской Федерации, граждане России выступают не в качестве «совокупности народов субъектов РФ», а в качестве «народа Российской Федерации» - хотя бы потому, что результаты выборов определяются в целом по России, а не, например, по большинству побед кандидата в конкретных субъектах РФ.
Разумеется, все сказанное не означает, что никаких вообще мер ответственности Президент Российской Федерации и другие федеральные должностные лица не могут применять к руководителю субъекта РФ. Как и любой гражданин России, руководитель субъекта РФ может быть привлечен к ответственности уголовной, административной, гражданско-правовой и пр. В том числе, возможно и отрешение от должности по решению федерального суда в рамках уголовного дела.
Таким образом, заявители убеждены, что меры политической ответственности к руководителю субъекта РФ, включая отрешение от должности, должны применяться либо народом субъекта РФ непосредственно, либо законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации – но никак не Президентом Российской Федерации по мотивам «утраты доверия».

3. Обоснование противоречия Конституции России
положений пунктов 4 и 4.1 статьи 9 ФЗ

Указанные нормы ФЗ наделяют Президента Российской Федерации правом распустить законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации.
При обсуждении конституционности указанных правомочий Президента Российской Федерации необходимо обсудить два вопроса:
1) Может ли круг полномочий Президента Российской Федерации, связанный с роспуском органов власти, установленный Конституцией, быть расширен в отношении органов, указанных в Конституции?
2) Какие возможности предоставляет Конституция Президенту Российской Федерации для преодоления разногласий с органами государственной власти субъектов Российской Федерации?

По первому вопросу заявители полагают, что Президент не может быть наделен полномочиями по роспуску органов власти, указанных в Конституции, если такая возможность прямо не предусмотрена К

[Yngwarr]

И запрос и жалоба очень грамотные. Интересно посмотреть, как КС будет выкручиваться...
Я, например, таких оснований не вижу.

Inc

президентское правомочие по формированию Правительства РФ направлено на обеспечение реализации его полномочий по определению ВиВПГ

Вряд ли будут формулировать так откровенно. Скорее, будут упирать на то, что Президент обеспечивает согласованное функционирование ветвей власти (ч.2 ст.80 КРФ), ну и еще чего-нибудь приплетут.

[Galov]

Yngwarr

запрос и жалоба очень грамотные. Интересно посмотреть, как КС будет выкручиваться...
Я, например, таких оснований не вижу.

Нашему Конституционному суду и не так приходилось изворачиваться - по Указу по Чечне, по "подразумеваемым полномочиям Президента", по Закону о референдуме.
Уверен на 101 процент, что КС признает закон не противоречащим Конституции

[Yngwarr]

Galov

Уверен на 101 процент, что КС признает закон не противоречащим Конституции

У них просто другого выхода нет, кроме как признать соответствие.

[Galov]

Yngwarr
[quote] них просто другого выхода нет, кроме как признать соответствие[/quote
Конечно, а иначе у нас будет иной состав КС

[rem235]

жалоба послабже запроса будет-> ни одной ссылки на правовые позиции конституционного суда нет
Дя самого вопроса о назначении КС вполне может сослаться на следующую свою правовую позицию

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 декабря 2003 г. N 457-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ
ЗАПРОСОВ ГУБЕРНАТОРА ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИ,
ГУБЕРНАТОРА ЛЕНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ, ПРАВИТЕЛЬСТВА
МУРМАНСКОЙ ОБЛАСТИ И ОБРАЩЕНИЯ ПОЛИТСОВЕТА МУРМАНСКОГО
РЕГИОНАЛЬНОГО ОТДЕЛЕНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ "ЕДИНАЯ
РОССИЯ" О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПУНКТА 2 СТАТЬИ 40
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "ОБ ОСНОВНЫХ ГАРАНТИЯХ
ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВ И ПРАВА НА УЧАСТИЕ В РЕФЕРЕНДУМЕ
ГРАЖДАН РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" И ПУНКТА 2 СТАТЬИ 49
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ВЫБОРАХ ДЕПУТАТОВ
ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ ФЕДЕРАЛЬНОГО СОБРАНИЯ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
2. Оспариваемые законоположения, предусматривающие освобождение высших должностных лиц (руководителей высших исполнительных органов государственной власти) субъектов Российской Федерации, зарегистрированных в качестве кандидатов на выборах, от исполнения своих должностных обязанностей на период выборов, направлены на то, чтобы использование этими лицами преимуществ своего должностного положения и возможностей влиять на процесс и итоги выборов исключалось, что, в свою очередь, обеспечивает реализацию конституционных гарантий свободы волеизъявления, права граждан на участие в демократических, свободных и периодических выборах как высшем непосредственном выражении принадлежащей народу власти, равенства избирательных прав, защиты демократических принципов и норм избирательного права, в том числе требования о равенстве прав кандидатов на выборах.
Федеральный законодатель при принятии названных законоположений - с учетом особенностей структуры как законодательных (представительных), так и исполнительных органов власти субъектов Российской Федерации, их места в системе разделения властей, особенностей правового статуса высших должностных лиц субъектов Российской Федерации - исходил из того, что, в отличие от временного (на период выборов) освобождения депутатов представительных (законодательных) органов от исполнения своих обязанностей, которое создало бы угрозу стабильности законодательной власти, временное освобождение высшего должностного лица субъекта Российской Федерации от должностных обязанностей компенсируется деятельностью замещающего его лица. При этом функционирование самой системы исполнительной власти не нарушается. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 7 июня 2000 года по делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", это не противоречит и конституционному требованию о единстве системы исполнительной власти в Российской Федерации (статья 77, часть 2, Конституции Российской Федерации), поскольку для лица, временно исполняющего обязанности высшего должностного лица субъекта Российской Федерации, решения и указания федеральной исполнительной власти в рамках ее компетенции являются обязательными.
Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", закрепляющий правовой статус высших должностных лиц субъектов Российской Федерации, не обязывает их приостанавливать исполнение своих полномочий в связи с регистрацией в качестве кандидатов. Однако Конституция Российской Федерации, вопреки утверждению заявителя, не ограничивает федерального законодателя в праве установить соответствующее требование, затрагивающее правовой статус этих лиц, в иных федеральных законах, что и было им осуществлено - во исполнение полномочий, закрепленных в статьях 71 (пункт "в"), 72 (пункты "б", "н" части 1), 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, в полном соответствии с ее статьями 3 (части 1 и 2), 19 (часть 2), 32 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) - в оспариваемых законоположениях.

Реально думаю неконституционным можно признать роспуск представительного (законодательного) органа без решения суда.

Сообщение отредактировал rem235: 17 July 2005 - 19:28

[Yngwarr]

rem235

Дя самого вопроса о назначении КС вполне может сослаться на следующую свою правовую позицию

Для того, чтобы сослаться на эту позицию, им надо будет еще придумать, как это увязать с правовой позицией в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 1996 г. № 1-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного Закона) Алтайского края» (на это указывают автор(ы) Запроса) - все-таки позиция Постановления прямо противоречит президентской инициативе.

[rem235]

Yngwarr

Для того, чтобы сослаться на эту позицию, им надо будет еще придумать, как это увязать с правовой позицией в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 1996 г. № 1-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного Закона) Алтайского края» (на это указывают автор(ы) Запроса) - все-таки позиция Постановления прямо противоречит президентской инициативе.

видите ли Yngwarr позиция КС достаточно текуча, она со временем меняется. В приведенном мною определении есть ссылка

Постановлении от 7 июня 2000 года по делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", это не противоречит и конституционному требованию о единстве системы исполнительной власти в Российской Федерации (статья 77, часть 2, Конституции Российской Федерации)

Если Вы с ним ознакомитесь, то увидите как меняется позиция КС от 1996 года к 2000, а зтем к 2003. Таким образом, позиция КС не есть раз и навсегда данный абсолют, а достаточно подвижная материя, вследствие чего ссылка товарища Boa не вполне актуальна.
Вообще если Вам интересно как меняется позиция КС, посмотрите, что происходило с позицией КС по допустимости конфискации в административном порядке без решения суда в период с 1995 по 2001 год. Правовую актуальность эта тема утратила, но в историческом плане крайне интересно проследить динамику позиции КС. По вопросу есть где-то штуки 4 постановления и столько же определений, которые мягко говоря не совсем бьются друг с другом.

Сообщение отредактировал rem235: 17 July 2005 - 20:41

[Yngwarr]

rem235

По-моему, мы несколько о разном говорим. Меня более смущает в данном случае явное нарушение принципа разделения властей, а именно - участие представительной власти в назначении главы субъекта. КС в свое время однозначно определил такую практику, как неконституционную.

Если Вы с ним ознакомитесь, то увидите как меняется позиция КС от 1996 года к 2000, а зтем к 2003.

Да я с ним, в общем-то знаком. Во-первых, в Постановлении 2000 года постоянно присутствут ссылки на Постановление 1996 года. Во-вторых, в 1996 году КС однозначно указал на недопустимость избрания главы исполнительной власти законодательным собранием; в 2000 году основной вопрос был об отрешении от должности.

Более того, и в 2000 году КС сказал (п.8.1.):
Глава Республики Алтай, Председатель Правительства Республики Алтай является высшим должностным лицом, которое получает свои полномочия не от законодательного органа, а непосредственно от народа. Положение же пункта 9 статьи 118 Конституции Республики Алтай, предусматривая необходимость получения согласия Государственного Собрания — Эл Курултай Республики Алтай на назначение министров, председателей комитетов и руководителей ведомств Республики Алтай, позволяет распространять это правило на всех без исключения таких должностных лиц, т.е. создает возможность для лишения Главы Республики Алтай, Председателя Правительства Республики Алтай права назначать кого-либо из указанных должностных лиц самостоятельно, что является чрезмерным вмешательством законодательного (представительного) органа власти в прерогативы всенародно избранного высшего должностного лица, главы исполнительной власти.

И далее, в п.7 Резолютивной части КС определяет: признать не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статье 10, положение пункта 9 статьи 118 Конституции Республики Алтай о назначении на должность и отстранении от должности министров с согласия Государственного Совета.

Поэтому в этой части, я считаю, Постановление 2000 года развивает Постановление 1996, а не изменяет его.

[scorpion]

Yngwarr

Меня более смущает в данном случае явное нарушение принципа разделения властей, а именно - участие представительной власти в назначении главы субъекта

Вас смущает, а КСюху - не смутит!

[Inc]

Уважаемые коллеги, ознакомьтесь и, если не затруднит, дайте свою оценку перспективам и нижеописанному прожекту.

Руководитель сектора сравнительного правоведения Института государства и права РАН Алексей Автономов в своем выступлении указал на слабость аргументации сторонников Федерального закона, которые ссылаются на опыт других стран, обладающих федеральным устройством, где существует назначение губернаторов, в частности, Индии и Канады. Он указал на то, что в этих странах реальным главой исполнительной власти региона является избираемый премьер-министр, тогда как характер полномочий губернатора делает его скорее федеральным чиновником, представителем федеральных интересов в данном регионе (или даже нескольких регионах), что сближает его с российскими полпредами. "Пытаться проводить аналогии по названию это в лучшем случае ошибка, а в худшем - намеренное искажение фактов", - подчеркнул Алексей Автономов.
В связи с этим еще один участник общественных слушаний - эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Александр Кынев предложил подумать над возможным расширением полномочий региональных Законодательных собраний с целью приближения региональной власти к модели парламентской республики. Таким образом, по его мнению, можно будет восстановить утраченные ныне демократические элементы в ее формировании и функционировании даже в условиях, когда губернаторы стали назначаемыми.
/Общественные слушания, организованные Независимым институтом выборов/

Передо мной в данный момент лежит проект поправок в конституцию одной из республик. Предполагается, что реальным главой исполнительной власти станет Премьер-министр, назначаемый главой республики по представлению законодательного органа. В свою очередь парламент вносит такое представление на основе предложений, поступивших от не менее одной пятой избранных по партийным спискам депутатов. Премьер является полностью независимым от главы республики, все полномочия по руководству правительством и опрелелению курса находятся в его компетенции. Члены правительства назначаются главой республики исключительно по представлению премьера.
Т.о. схема отношений между федеральным центром и республикой фактически воспроизводит модель отношений между Британской короной и рядом стран Содружества.
В целом, проект весьма качественный, однако вызывает сомнение конституционность порядка формирования и деятельности правительства.
Главе республики оставлено оформлять указами принятые парламентом и премьером решения. Предусмотренные ФЗ об общих принципах полномочия ВДЛ по руководству правительством (формирование ВИОГВ, представление парламенту проекта бюджета сведены к формальности).
Напомню, что Конституционным Судом РФ (п.8.1 постановления КС по делу о проверке алтайской конституции) выражена правовая позиция, согласно которой лишение руководителя субъекта РФ права самостоятельно назначать руководителей органов исп. власти является чрезмерным вмешательством в прерогативы всенародно избранного высшего должностного лица, главы исполнительной власти.

[Yngwarr]

Inc

Давать какие-либо оценки до того, как КСюша снесется - дело неблагодарное.
Но если навскидку - то в старых решениях (1996, 2000 года) КС упирал на факт всенародного избрания главы субъекта. Теперь же получается так:
1. По ст.77 КРФ общие принципы формирования региональной власти устанавливаются в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации ФЗ, субъекты их конкретизируют
2. В ст.18 в новой редакции говорится только о том, что глава формирует высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации в соответствии с законодательством субъекта Российской Федерации
3. Поскольку глава субъекта теперь не избирается, а назначается, никаких противоречий проекта прежним позициям КС не будет. Формальности КРФ будут соблюдены, требования ФЗ тоже.

[Usufrukt]

Формальности КРФ будут соблюдены, требования ФЗ тоже.

Золотые слова. При желании можно обосновать и неконституционность, но факт - конституционность обосновать даже легче.

[N.Negidius]

Boa,
А возможно еще аргументацию по первому запросу дополнить следующим:
Предусмотренный законом порядок назначения губернаторов противоречит конституционным гарантиям принципа разделения властей.

Согласно ст. 93 именно Совет Федерации уполномочен принимать решение об отрешении Президента от должности.

В соответствии с действующим порядком формирования СФ, представители в Совете Федерации от исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации назначаются высшими должностными лицами субъекта Российской Федерации (руководителями высших исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации) на срок их полномочий.

Таким образом, по меньшей мере, половина членов Совета Федерации, в результате реализации закона, будут прямо или косвенно зависимы от Президента РФ, что противоречит ст. 93 Конституции РФ.