Приветствую! Хотелось бы узнать мнение по такому вопросу. После возбуждения исполнительного производства по исполнительному листу о взыскании с одного юридического лица в пользу другого 190000 руб. были произведены следующие действия.
1) Постановление о возбуждении было выслано приставом-исполнителем только через три дня после возбуждения, что повлекло получение его Должником лишь на следующий день, после дня, назначенного судебным приставом последним для добровольного исполнения и перечисления денежных средств в счет погашения задолженности перед другим юридическим лицом (приставом нарушен п.4 ст.9 Закона "Об исполнительном производстве".
2) Должником самостоятельно было перечислено 10000 руб. в счет погашения долга на депозит ПСП.
3) Судебный пристав-исполнитель в ходе исполнительного производства исполнительный лист на расчетный счет Должника не выставлял, хотя знал о его наличии и о движении на нем денежных средств;
4) Судебный пристав-исполнитель вынес два постановления о наложении ареста на арендную плату, перечисляемую двумя арендаторами должнику (на общую сумму 360000 руб.); при этом совершенно не учитывалось положение, установленное Постановлением Правительства № 516 от 27.05.1998, согласно которому в составе первой очереди имущества должника учитываются права требований только по тем неисполненным денежным обязательствам третьих лиц, по которым ФАКТИЧЕСКИ поставлены товары, выполнены работы или оказаны услуги. Поэтому наложение ареста на имущество Должника первой очереди - арендную плату без указания конкретного размера арестованного имущества (например, арест на арендную плату за февраль, март, апрель) нам представился неправомерным.
5) Через 10 дней после возбуждения исполнительного производства судебным приставом-исполнителем было подвергнуто аресту имущество юридического лица: нежилое помещение площадью 600 м.кв. по предварительно оценке на 100000 руб. (стороны исполнительного производства не оспаривали оценку, данную приставом); при этом в акте (бланке) изъятия указано, что руководствуясь ст.ст.46, 47, 51, 57 Закона "Об исполнительном производстве" (далее - Закон) судебный пристав-исполнитель произвел опись и арест имущества, принадлежащего должнику. Имущество находилось во владении и пользовании третьего лица - арендатора, изымалось при отсутствии представителя Должника. После этого арестованное имущество было передано на ответственное хранение. Таким образом нарушены нормы ст.46 (п.2, п.5), ст.48, ст.57, ст.58, ст.59 Закона;
6) Судебным приставом-исполнителем были описаны и изъяты договоры аренды у арендаторов.
7) После описи, ареста и передачи на ответственное хранение (что было указано в акте описи и ареста) нежилого помещения Должника на сумму 1000000 руб., после ареста арендной платы на сумму 360000 руб., после перечисления денежных средств на депозитный счет судебных приставов на сумму 10000 руб. после всех этих исполнительных действий судебный пристав изымает денежные средства, хранящиеся в кассе Должника, на общую сумму 130000 руб. (Где Закон???!!! Где справедливость?
). 8) При этом судебный пристав-исполнитель в итоге вынес постановление о взыскании с Должника исполнительского сбора в размере 7% от суммы взыскания.
Решения судебного пристава-исполнителя обжаловались Должником. Суд первой инстанции вынес решение о признании недействительными всех перечисленных действий, вплоть до возбуждения исполнительного производства. Суд апелляционной инстанции отменил решение первой инстанции полностью. Должником подана кассационная жалоба.
Суд апелляционной инстанции счел достаточными пояснения судебного пристава-исполнителя в части правовой оценки своих действий. Пристав считает, что помещение было подвергнуто аресту в порядке ст.51 Закона, т.е. для обеспечения исполнения требований исполнительного листа, и опись, арест и передача на хранение арестованного имущества вовсе не означает обращение взыскания на имущество Должника. То есть на момент изъятия наличных денежных средств приставом-исполнителем не было арестовано имущество должника на сумму 1360000 руб.
Однако в соответствии со ст.51, а именно ее п.4, арест действительно может применяться для обеспечения сохранности имущество должника, но только в том случае, если это имущество будет в дальнейшем передано взыскателю (что в нашем случае просто невозможно) или для дальнейшей реализации, что в итоге и будет означать обращение взыскания на имущество.
Настанет ли момент истины или нет - решит кассационная инстанция. Но все-таки неясно, как оценивать действия пристава по описи и аресту помещения, которые производились не по заявлению Взыскателя одновременно с возбуждением исполнительного производства (п.5 ст.9 Закона) и не в связи с отсутствием у Должника имущества первых двух очередей (ст.59 Закона), а через 10 дней после возбуждения исполнительного производства и при наличии у Должника иного имущества (денежные средства на расчетном счете - 17000 руб., инвентарь и хоз.принадлежности - 55000 руб., товар - на сумму 32000 руб.). При этом необходимо и достаточно было всего лишь арестовать имущество Должника на сумму 190000 руб.
Может ли судебный пристав-исполнитель по своему разумению взять да и арестовать недвижимое имущество Должника-организации, не взирая на Закон, а потом прикинуться ... и сказать, что Должник сам такой, а он, пристав, всего лишь арестовал недвижимое имущество Должника в обеспечение исполнительного документа, и совсем даже не думал обращать на него взыскание?
