Уважаемые коллеги,
Ситуация:
1.Иностранный гражданин осуществил временный ввоз авто на тер. РФ.
2.Данный автомобиль похищен (факт задокументирован, возбуждено УД)
3.Иностранец обратился в ФТС с заявлением о невозможности вывоза авто, в силу произошедшего преступления (автомобиль похищен).
4.ФТС официального отвечает, что – «данный случай (кража) не является основанием для освобождения от обязанности обратного вывоза, в силу ст.ст. 214; 283 ТК РФ (дело было еще при старом ТК РФ)» и обязывает Иностранца уплатить полную стоимость «растаможки»
5.Далее суд и решение ANC остается в силе (проедено две инстанции).
На мой взгляд, это бред чистой воды! Но факт остается фактом.
Особенно удивило обоснование позиции ФТС в иске – «в случае хищения, ввезенные товара остаются на таможенной территории РФ, что не влечет за собой освобождение лица, пользующего льготой…»
Считаете ли Вы, что данная позиция ФТС правомерна?
Встречались ли Вы с подобными случаями?
К слову, я обнаружил Определение КС от 12.05.2006 №168-О в пользу Иностранцев (случай один в один)!
Но с 2005 года, ФТС не смотря на судебную практику, по прежнему гнет свою линию…
|
|
||
|
|
||
В теме одно сообщение
#2
Отправлено 20 October 2011 - 20:19
Вижу данная тема не вызывает у Вас пристального внимания, а жаль.
Дело в том, что в этой ситуации существует неопределенность, кот. длится как минимум с 2005 года. Вначале вышло определение КС №168-О, где было сказано -
Таким образом, с учетом приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, положение пункта 6 статьи 283 во взаимосвязи с положениями абзаца третьего подпункта 1 пункта 2 статьи 319, пунктов 1 и 2 статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации не могут быть истолкованы как исключающие освобождение декларанта от обязанности по уплате таможенной пошлины в случае невывоза в установленный для временного ввоза на таможенную территорию Российской Федерации срок похищенного у него транспортного средства. Иное означало бы возложение финансовых обременений на потерпевшего при необеспечении государством защиты от посягательства на имущество добросовестного участника отношений, регулируемых таможенным законодательством, тем самым увеличивая имущественный вред, причиненный потерпевшему от преступления, и создало бы предпосылки для нарушения статей 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 35 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации.
Но не прошло и полгода, как свое определение издал ВС (Определение Верховного Суда РФ от 25 октября 2005 г. N 33-В05-6) и все перевернул с ног на голову.
Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 мая 2005 г. N 168-О, на которое имеется ссылка в надзорной жалобе, не влечет безусловной отмены обжалуемых судебных постановлений.
В указанном Определении приведены правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации относительно ответственности за таможенное правонарушение, которая не может возлагаться без наличия вины, в какой бы форме она ни проявлялась. В данном случае М. не был привлечен к ответственности за таможенное правонарушение, определением главного инспектора Кингисеппской таможни от 11 марта 2004 г. отказано в возбуждении в отношении него дела об административном правонарушении. Публично-правовая обязанность по уплате таможенных пошлин и налогов не связана с какой-либо ответственностью и возникла у заявителя вследствие наступления события, предусмотренного законом (ввоз товара на таможенную территорию), определенные законом льготы, позволяющие освободить его от исполнения такой обязанности, отсутствовали.
Дело в том, что в этой ситуации существует неопределенность, кот. длится как минимум с 2005 года. Вначале вышло определение КС №168-О, где было сказано -
Таким образом, с учетом приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, положение пункта 6 статьи 283 во взаимосвязи с положениями абзаца третьего подпункта 1 пункта 2 статьи 319, пунктов 1 и 2 статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации не могут быть истолкованы как исключающие освобождение декларанта от обязанности по уплате таможенной пошлины в случае невывоза в установленный для временного ввоза на таможенную территорию Российской Федерации срок похищенного у него транспортного средства. Иное означало бы возложение финансовых обременений на потерпевшего при необеспечении государством защиты от посягательства на имущество добросовестного участника отношений, регулируемых таможенным законодательством, тем самым увеличивая имущественный вред, причиненный потерпевшему от преступления, и создало бы предпосылки для нарушения статей 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 35 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации.
Но не прошло и полгода, как свое определение издал ВС (Определение Верховного Суда РФ от 25 октября 2005 г. N 33-В05-6) и все перевернул с ног на голову.
Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 мая 2005 г. N 168-О, на которое имеется ссылка в надзорной жалобе, не влечет безусловной отмены обжалуемых судебных постановлений.
В указанном Определении приведены правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации относительно ответственности за таможенное правонарушение, которая не может возлагаться без наличия вины, в какой бы форме она ни проявлялась. В данном случае М. не был привлечен к ответственности за таможенное правонарушение, определением главного инспектора Кингисеппской таможни от 11 марта 2004 г. отказано в возбуждении в отношении него дела об административном правонарушении. Публично-правовая обязанность по уплате таможенных пошлин и налогов не связана с какой-либо ответственностью и возникла у заявителя вследствие наступления события, предусмотренного законом (ввоз товара на таможенную территорию), определенные законом льготы, позволяющие освободить его от исполнения такой обязанности, отсутствовали.
Количество пользователей, читающих эту тему: 1
0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных
