если уж быть точным, то я не говорил, что он субъект гражданского права. давайте закончим этот спор, ни одну из сторон уже давно не устраивает способ дискутирования другой.Может.Есть же позиция, что ЕИО может быть другое юр.лицо
Но Вы утверждате, что исполнительный орган - сам по себе некое "лицо" и даже субъект гражданского права. Это настолько.. ново, что тут даже нечего возразить.
|
|
||
|
|
||
Сообщений в теме: 33
#26
Отправлено 02 July 2010 - 14:05
#28
Отправлено 12 July 2010 - 16:06
Прежде хотелось бы поблагодарить автора темы за предоставленную возможность ознакомиться с работами Д.И. Степанова, означенными в заголовке, две из которых я уже читал ранее ("Устав как форма сделки" и "Феномен корпоративного контроля"), а вот статьи, опубликованные в Вестнике ВАС, к сожалению, прочел только сейчас, и то благодаря Вам Corporate adviser.
Вообще, Д.И. Степанов привлек мое внимание много ранее относительно небольшой по объему статьей под названием "Вопросы методологии цивилистической доктрины", вышедшей еще в 2001 г. (если кто-нибудь заинтересуется, то могу прикрепить отдельным файлом). Конечно, уровень статьи далек от работ того же Н.Н. Тарасова, но тем не менее автору, как мне кажется, на тот момент удалось "прочувствовать" научную проблему.
А теперь, собственно, насчет ценности теоретических "концептов", предложенных к обсуждению уважаемым Corporate adviser. Стоит сразу оговориться, что применение слова "концепт" по отношению к указанным выше работам будет весьма условным, т.к. ни одна из них, взятая в отдельности, ни даже их совокупность, на законченную, выверенную и непротиворечивую концепцию пока претендовать не могут. Это признает и сам Д.И. Степанов, когда указывает, что поднятые им проблемы носят, преимущественно, постановочный характер.
Чтобы хоть как-то задать здесь рамки обсуждения, я начну с рассмотрения вынесенных Д.И. Степановым на суд читателя идей, изложенных им в статье "От субъекта ответственности к природе корпоративных отношений". Сказать по правде, работа заинтересовала меня, в первую очередь, в той части, где ученый пытается изложить собственный взгляд на природу корпоративных отношений. Не претендуя на первенство в постановке проблемы, Д.И. Степанов вослед законодателю, а также другим ученым, утверждает, что корпоративных отношений как таковых, как некого правового явления sui generis, не существует, все отношения в рамках корпорации могут быть сведены к уже известной в цивилистике категории обязательственного правоотношения. Такая точка зрения, быть может, имеет право на существование (ко всему прочему она нашла свое нормативное отражение), если бы не все чаще встречающиеся в научной литературе возражения принципиального характера, суть которых, в общем, сводится к тому, что традиционное понятие обязательства, как правоотношения, одна из сторон которого обязана совершить в пользу другой стороны определенное действие (либо воздержаться от такового), а другая сторона вправе требовать от обязанной стороны соответствующего поведения, не способно объяснить юридическую природу отношений, возникающих по поводу участия в конкретной корпорации. Вполне осознавая, что использование такой концепции обнажает ее "узкие места", Д.И. Степанов идет на весьма экстравагантный методологический шаг: раз какое-то явление не вписывается в выработанные теорией категории, нужно подстроить эти категории под данное явление! И ведь это, можно сказать, важнейшая часть статьи Д.И. Степанова, задающая дальнейший тон исследования, в котором он предлагает кардинальным образом изменить представление о целом гражданско-правовом институте, и не каком-нибудь, а об одном из центральных! Стоит ли специально останавливаться на том, что обоснованию этой идеи надо было посвятить гораздо больший объем своей статьи, нежели это сделал Д.И. Степанов, ограничившийся простой декларацией, не подкрепленной развернутой сетью аргументов?
Вообще, как мне кажется, прежде чем начать исследование, ученый должен был четко сформулировать свою исследовательскую задачу, и как раз в процессе ее постановки он наверняка бы задал себе следующий вопрос: насколько вообще оправдано менять устоявшееся представление о юридической категории, если она изначально была предназначена для объяснения явлений, относящихся к совершенно иному классу? Так, обязательство, несмотря ни на что, по сей день прекрасно описывает юридические отношения сторон, строящиеся по традиционным моделям dare, facere, prestare. Не уподобляется ли ученый, задавшийся целью "втиснуть" корпоративные отношения в "прокрустово ложе" обязательства (пусть даже за счет расширения его понятийных границ), человеку, взявшемуся забить гвоздь в стену с помощью калькулятора или познать структуру атомного ядра при помощи офицерской линейки? Познать явление можно только с помощью адекватного этому явлению исследовательского инструментария.
Далее, весьма своеобразен ход мыслей Д.И. Степанова, когда он пытается показать, почему отношения корпоративные суть отношения обязательственные. В качестве наглядного примера ученый приводит ссылку на главу 55 ГК РФ> Нажмите тут чтобы открыть/скрыть спойлер. <
Вообще, Д.И. Степанов привлек мое внимание много ранее относительно небольшой по объему статьей под названием "Вопросы методологии цивилистической доктрины", вышедшей еще в 2001 г. (если кто-нибудь заинтересуется, то могу прикрепить отдельным файлом). Конечно, уровень статьи далек от работ того же Н.Н. Тарасова, но тем не менее автору, как мне кажется, на тот момент удалось "прочувствовать" научную проблему.
А теперь, собственно, насчет ценности теоретических "концептов", предложенных к обсуждению уважаемым Corporate adviser. Стоит сразу оговориться, что применение слова "концепт" по отношению к указанным выше работам будет весьма условным, т.к. ни одна из них, взятая в отдельности, ни даже их совокупность, на законченную, выверенную и непротиворечивую концепцию пока претендовать не могут. Это признает и сам Д.И. Степанов, когда указывает, что поднятые им проблемы носят, преимущественно, постановочный характер.
Чтобы хоть как-то задать здесь рамки обсуждения, я начну с рассмотрения вынесенных Д.И. Степановым на суд читателя идей, изложенных им в статье "От субъекта ответственности к природе корпоративных отношений". Сказать по правде, работа заинтересовала меня, в первую очередь, в той части, где ученый пытается изложить собственный взгляд на природу корпоративных отношений. Не претендуя на первенство в постановке проблемы, Д.И. Степанов вослед законодателю, а также другим ученым, утверждает, что корпоративных отношений как таковых, как некого правового явления sui generis, не существует, все отношения в рамках корпорации могут быть сведены к уже известной в цивилистике категории обязательственного правоотношения. Такая точка зрения, быть может, имеет право на существование (ко всему прочему она нашла свое нормативное отражение), если бы не все чаще встречающиеся в научной литературе возражения принципиального характера, суть которых, в общем, сводится к тому, что традиционное понятие обязательства, как правоотношения, одна из сторон которого обязана совершить в пользу другой стороны определенное действие (либо воздержаться от такового), а другая сторона вправе требовать от обязанной стороны соответствующего поведения, не способно объяснить юридическую природу отношений, возникающих по поводу участия в конкретной корпорации. Вполне осознавая, что использование такой концепции обнажает ее "узкие места", Д.И. Степанов идет на весьма экстравагантный методологический шаг: раз какое-то явление не вписывается в выработанные теорией категории, нужно подстроить эти категории под данное явление! И ведь это, можно сказать, важнейшая часть статьи Д.И. Степанова, задающая дальнейший тон исследования, в котором он предлагает кардинальным образом изменить представление о целом гражданско-правовом институте, и не каком-нибудь, а об одном из центральных! Стоит ли специально останавливаться на том, что обоснованию этой идеи надо было посвятить гораздо больший объем своей статьи, нежели это сделал Д.И. Степанов, ограничившийся простой декларацией, не подкрепленной развернутой сетью аргументов?
Вообще, как мне кажется, прежде чем начать исследование, ученый должен был четко сформулировать свою исследовательскую задачу, и как раз в процессе ее постановки он наверняка бы задал себе следующий вопрос: насколько вообще оправдано менять устоявшееся представление о юридической категории, если она изначально была предназначена для объяснения явлений, относящихся к совершенно иному классу? Так, обязательство, несмотря ни на что, по сей день прекрасно описывает юридические отношения сторон, строящиеся по традиционным моделям dare, facere, prestare. Не уподобляется ли ученый, задавшийся целью "втиснуть" корпоративные отношения в "прокрустово ложе" обязательства (пусть даже за счет расширения его понятийных границ), человеку, взявшемуся забить гвоздь в стену с помощью калькулятора или познать структуру атомного ядра при помощи офицерской линейки? Познать явление можно только с помощью адекватного этому явлению исследовательского инструментария.
Далее, весьма своеобразен ход мыслей Д.И. Степанова, когда он пытается показать, почему отношения корпоративные суть отношения обязательственные. В качестве наглядного примера ученый приводит ссылку на главу 55 ГК РФ
а также п. 1, абз. 2 п. 2 ст. 52 ГК РФ
Возможно, эти аргументы стоило бы признать убедительными, если бы не напрашивающийся сам собой вопрос: откуда у автора такая уверенность, что заключаемые договоры являются основанием для возникновения именно обязательственного правоотношения? Оказывается, ответ на этот вопрос, по мнению Д.И. Степанова, весьма прост:
Иными словами, если в законе прямо написано, что заключая договор, стороны становятся участниками обязательственного правоотношения, то никаких сомнений в этом быть не может! Ну а раз так, по аналогии осталось распространить соответствующий вывод на учредительный договор, являющийся, по выражению ученого, своеобразным "мостиком" от классического договорного права к праву корпоративному, а уж здесь до, собственно, "чистых" корпоративных отношений, которые на поверку и никакие не корпоративные вовсе, остается рукой подать. Такая цепочка умозаключений предваряется еще одним весьма показательным, на наш взгляд, выводом, полученным Д.И. Степановым при ответе на вопросЕсли вспомнить договор простого товарищества, то по прямому указанию п. 1 ст. 1041 ГК РФ обязательство, возникающее из него, признается договорным обязательством
А вывод таковКакое правоотношение - относительное или абсолютное порождает многосторонняя сделка?
По-видимому, нет ничего плохого в том, что Д.И. Степанов пытается построить общую концепцию многосторонней сделки (мне даже кажется, приобретя законченный вид, она найдет довольно широкую область применения, если не в корпоративном праве, то применительно к тем отношениям, где юридически значимым обстоятельством, с которым норма права связывает наступление определенных правовых последствий, является решение большинства по тому или иному вопросу). На секунду сделаем допущение верности выводов Д.И. Степанова о многосторонней сделке. И это тут же вернет нас к уже ранее озвученному вопросу: кто вселил в автора такую уверенность в том, что сделка способна породить исключительно обязательство? Наука гражданского права оснований для таких безапелляционных выводов дать не может. Аргументация, выстроенная по типу "а так в законе написано, значит это правильно", уже давно перестала восприниматься серьезными исследователями. Да и сам закон может оперировать только известными категориями, поэтому нет ничего удивительного в том, что с момента своего создания законы об ООО и ОАО используют для описания корпоративных отношений понятие обязательства. Добавим к этому, что более или менее четкое представление о корпоративных отношениях, как отношениях, образующих совершенно самостоятельный вид наряду с вещными и обязательственными, начал складываться только сейчас благодаря поднятому в научной литературе "корпоративному буму".Совершенно очевидно, что правоотношение, возникающее из подобной сделки, есть обязательственно-правовое, т.е. относительное
Однако вернемся к Д.И. Степанову, который в начале своей публикации обещал показать, что многие базовые конструкции, в т.ч. общее учение о сделке и обязательстве, нуждаются в корректировке. В части обоснования несовершенства подхода к многосторонней сделке претензий к автору не имеется, им изложено собственное понимание проблемы, а также предложены конкретные способы ее решения (содержательный аспект этой точки зрения оставим пока в стороне). Но вот хоть сколько-нибудь удачной попытки изменить господствующее представление об обязательстве в работе Д.И. Степанова нам обнаружить не удалось. Об этом свидетельствуют следующие фрагменты
Вместо конкретных предложений всякий раз мы видим пространные суждения о "моделях", "схемах", "программах" поведения и т.п. Практически любая норма задает модель поведения, однако это не превращает все и вся в обязательство. И что же входит в содержание такого обязательства? Какова его структура? Все эти вопросы автор оставляет без ответа, поэтому нам только остается строить догадки. Любопытно, что поставив вопрос о природе корпоративных отношений, автор, заявив об их обязательственно-правовом свойстве, далее всеми силами пытается обойти его обоснование. И в то же время, на нескольких страницах Д.И. Степанов как бы невзначай "проговаривается" и заявляет нам о том, что отношения участников корпорации характеризуются "состоянием пребывания" либо указывает на создание "условий будущих обязательственно-правовых отношений", что в конечном итоге более убеждает нас в ложности взглядов Д.И. Степанова, а не его правоте.
