Andreakuzn

Вот уже более 300 судебных актов, вынесенных Арбитражным судом г.Москвы и 9-м апелляционным судом (г.Москва), содержат следующее клише (далее – точная цитата):
«При этом, понятие таких слов как «по своему внутреннему убеждению» не подразумевают доказывание выводов суда, сделанных на основе этого убеждения, в силу установленной законом императивной презумпции соблюдения равноправия и состязательности суда как органа правосудия, наделенного соответствующими полномочиями».
Довольно убогое изложение – в данном случае не главное (это форма). Суть этой словесной конструкции итак понятна: это попытка обосновать нормами действующего АПК РФ отсутствие у судьи обязанности излагать в своем решении ясные и понятные мотивы в подтверждение законности и обоснованности своего вердикта. Авторы этого «ноу-хау» пытаются представить «внутреннее убеждение» судьи как некий подсознательный механизм провидения, чутье («внутренний голос»), позволяющий неосознанно находить объективную истину. А раз так, то и нет никакого смысла тратить драгоценное время судьи на изложение логической цепочки аргументов, из которых следуют выводы, положенные в основу решения.
Такая позиция прямо противоречит основополагающим нормам АПК РФ. Согласно ч.7 ст.71 АПК РФ «результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений». В соответствие с ч. 4 ст. 170 АПК РФ «в мотивировочной части решения должны быть указаны … фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом … доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле … законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле». Согласно ч.2 ст.169 АПК РФ решение «должно быть изложено языком, понятным для лиц, участвующих в деле, и других лиц». Из процитированных процессуальных норм (кстати — императивных) следует однозначный вывод: закон предписывает судье не просто вынести законное, обоснованное и мотивированное решение (ст.15 АПК РФ), а и сделать все возможное, чтобы убедить спорящих в справедливости и законности позиции суда (иными словами – доказать это). Согласно ст.6 АПК РФ «законность при рассмотрении дел обеспечивается … соблюдением всеми судьями арбитражных судов правил, установленных законодательством о судопроизводстве в арбитражных судах» — то есть данные процессуальные нормы обязательны для всех судей арбитражных судов.
Официальная (во всяком случае — декларируемая) позиция ВАС РФ по этому вопросу так же однозначна: судебные акты должны содержать исчерпывающую мотивировку точки зрения суда (так называемого «внутреннего убеждения» судьи), в том числе раскрыть причины отклонения доводов, заявленных участвующими в деле лицами. Регулярно несоответствующие этим критериям судебные акты пересматриваются Президиумом ВАС РФ.
Таким образом, авторы данного ноу-хау пытаются истолковать процессуальный закон так, чтобы снять с судей арбитражных судов обязанность доказывать законность и обоснованность своего вердикта. Такой поворот может быть весьма положительно воспринят судейским корпусом и запущен в «массовое производство» (судебных актов). Исправить недостатки формы изложения этого «ноу-хау» — дело техники (юридической). Какова в этом случае будет реакция ВАС РФ на «сложившуюся» арбитражно-судебную практику, прогнозировать сложно. Тем более, что некоторые судебные акты ВАС РФ так же «грешат» таким же недостатком – это касается в первую очередь определений о передаче (отказе в передаче) дел в Президиум ВАС РФ.
Если сейчас не обратить на это внимание, последствия могут быть весьма плачевные.
Ведь только на поверхностный взгляд может показаться, что инициаторами данной идеи движут «благие намерения» — например, добиться снижения нагрузки на судей. Как правило, «непреодолимые сложности» при поиске убедительных аргументов в подтверждение законности и обоснованности судебного вердикта возникают в двух случаях: а) у судьи недостаточный уровень квалификации; б) при вынесении заведомо неправосудного судебного акта. То есть широкое внедрение в жизнь этого «ноу-хау» приведет и к росту коррупции в арбитражных судах, и к снижению профессионализма судейского корпуса.
Надеюсь, эта проблема заслуживает широкого обсуждения.