Inspert

Хирург

как я понял, Ваша позиция о невозможности сделать цессию недействительной путем договорного запрета: а) относится только к случаю с векселем и б) основана на том, что векселедатель не сможет сослаться на ст 17. Но так ли ему нужна ст. 17? Ст. 11 же прямо говорит, что смысл ректы в том, чтобы применялись последствия обычной цессии. "Обычная цессия" урегулирована ГК, а векс. закон (сугубо ИМХО ) регулирует специфически вексельную передачу. Ст. 17 только про нее. Правила ГК про "обычную цессию", напротив, не требуют как условие, чтобы новый кредитор, которому возражения, при заключении договора уступки действовал сознательно в ущерб должнику.

Faust, Вы, видимо, отождествляете право и полномочие. По-вашему, именно «полномочие» кредитора на уступку права предусмотрено положениями ГК о цессии?

Если есть что добавить по интересующему меня вексельному вопросу, очень прошу, не молчите

Faust,

но ведь там речь о полномочиях, а не о праве. Полномочия – на совершение сделки от имени другого лица («в интересах которого установлены ограничения»), они могут быть ограничены, в т.ч договором. Ничего общего с рассматриваемой ситуацией.

А что думаете насчет ДКП собственного векселя?

to Faust
Почему не сделает недействительной? Разве цессия в этом случае не будет противоречить закону, который допускает возможность ее ограничения договором?

to Siddhartha

Да, этот вопрос и у меня был. Зачем-то хочет такой договор векселедержатель. По-моему, бред. То есть, по-моему, по сути это в лучшем случае тот же договор займа, несмотря на всю купле-продажную терминологию в нем. Но по словам векселедержателя, у них «такая практика»

(Подниму старую тему)

При этом, надо думать, такое условие можно включить и в договор купли-продажи векселя, заключаемый с первым векселедержателем? Будет такой смешанный договор, в этой части продолжит действовать и после исполнения об-в по купле-продаже. Так?